Вот я начинаю репетицию театрального спектакля. Вообще говоря, совсем непонятно, как именно она (эта репетиция) начинается, потому что каждый раз она начинается по-новому. Каждый раз — как с чистого листа. Как будто ты ничего не знаешь. Я обожаю и боюсь состояния, когда я ничего не знаю. Чувствуешь себя как Алиса в Стране чудес. Летишь куда-то в пропасть, и дух захватывает. А что дальше — неизвестно. Ну, то есть — совсем. И это пугает. И радует одновременно.
Далее »
Твой ребенок растет. Сначала медленно-медленно. Он для тебя — как куколка. Хорошенькая такая. Ты сидишь с ним сутками. Со всеми вытекающими. И спишь, когда он спит. И не спишь, когда он не спит. Потом провожаешь в школу и помогаешь готовить уроки, несмотря на головную боль и отсутствие настроения. Нельзя сказать, что ты — это ТЫ. И нельзя сказать, что он — это ОН. Вы — это ОДНО. Один организм. И даже смотрите одинаково. И в нем проглядываются твои черты. Ты это замечаешь не сразу. Но замечаешь. Медленно улыбаешься. И думаешь: «как интересно».
Я обожаю спать крепко. Так, чтобы не видеть сны. Когда я вижу сны — то они, как правило, беспокойные. А когда я ничего не вижу — я как в омут падаю. И просыпаюсь от света или от звонка будильника. Люблю спать и не видеть сны.
Ненависть — совершенно ненужное чувство. Оно ведет в никуда. Оно расщепляет тебя на молекулы, на атомы. И ты ходишь такой расщепленный и грустный. И думаешь — зачем это все? В такие минуты хочется застрелиться. Или забыться. Или — и то, и другое. Я не люблю себя, когда я злюсь или когда я ненавижу кого-то. Я себе тогда не нравлюсь. Но в такие моменты — пофиг на все. И на всех.
Театральный мир — особая среда. Там все совсем по-другому: не так, как в обычной жизни. Если зритель смотрит спектакль — он видит то, что ему показывают. Но большая часть театральной жизни во время театральных спектаклей и антреприз для него — скрыта. Возможно, в этом и заключается пресловутый второй или даже третий план театральной сцены. Зритель не видит, но он старается ДОГАДАТЬСЯ. Его воображение рисует ему что-то таинственное и необычное. И просмотр театрального спектакля как бы «дополняется» ощущением того, что он не видит. И для него рождается магия.
А мог бы быть им легко. Ведь у меня есть все. Все, для того, чтобы им стать. И, совершенно точно, — я мог бы и могу стать миллионером. И — что самое главное — мне есть, куда потратить этот миллион.
Далее »
Иногда меня спрашивают, сложно ли поступить в театральный (творческий) вуз. Как вы понимаете, этот вопрос особенно волнует тех, кто собрался туда поступать. Ответ, который они часто слышат из моих уст, — повергает их в шок. Они начинают относиться ко мне с недоверием, и есть за что. Поскольку мой ответ — это совсем не то, что они чаще всего ожидают услышать. Ответ мой звучит примерно так: «А зачем вам это? Зачем вам туда поступать?»
Меня часто спрашивают (особенно этот вопрос волнует тех, кто поступает в театральную или актерскую школу), как научиться играть. Вопрос крайне некорректный, ибо научиться «играть» нельзя. Ты не можешь в жизни быть кем-то одним, а — вышел на сцену — и ты уже другой. Ты выходишь на сцену с тем человеком, с кем ты, собственно говоря, и находишься всю жизнь. Ты выходишь С СОБОЙ. На сцене твое «я» расширяется, сужается, чуть изменяется. Но все равно. Ты — это ты. И ты не можешь играть что-то, что СОВСЕМ НЕ ТЫ.
Продолжаем разговор, начатый в первой части «Легко говорить…просто».
Отступление. Меня спрашивают, про что это. Я отвечаю, это про то, как человек НЕ СПРАВИЛСЯ, НЕ ПРОШЕЛ, НЕ ПОЛУЧИЛ(ОСЬ). Про тот перекресток, где — либо он свернет — либо пойдет дальше. Третьего не дано. Третье — от лукавого.
Этот цикл включает в себя три рассказа, которые были написаны мной для разных людей и целей. Любое сходство случайно и ненамеренно. Любое высказывание — ложно и неправда. Любая жизнь — конечна и не та:)
